Войны история

В Петербурге 8 лет работает боевой центр «Партизан», его лидера в США признали террористом. Как курсы связаны со взрывом в Швеции и войнами в Донбассе и Сирии
Откуда взялся COVID-19, чем он опаснее гриппа и станет ли болезнь сезонной? Рассказывает петербургский вирусолог, расшифровавший геном коронавируса
«Здания и инфраструктура разрушаются, вместе с ними — мораль и средний бизнес»: что немецкие газеты и журналы писали про Петербург в 1990-е
Вокруг коронавируса и других пугающих тем — множество теорий заговора. Как возникает подобная конспирология и почему в России принято винить «внешних врагов»?
Охтинский мыс снова хотят застроить — ранее там обнаружили уникальные крепости Ландскрона и Ниеншанц. Археолог Петр Сорокин рассказывает, чем они важны для Петербурга и Европы
История Олега Соколова — известного ученого и основателя движения реконструкторов, признавшегося в жестоком убийстве аспирантки
Француз Мариус Сиже — о петербургском стадионе, атмосфере «Голицын Лофта» и выставке, посвященной его предкам
Как сотрудники музеев ищут экспонаты, украденные во время войны, и какие ценности потомки немецких солдат возвращают на родину? Рассказывают историки из Петербурга, Берлина и Гатчины
Где в блокаду получали витамины, стригли волосы и мылись? Пять адресов, важных для жизни ленинградцев
Посмотрите на три 100-метровые коммуналки, в которых петербуржцы восстановили дореволюционные интерьеры. И сделали из них музей, театр и съемочную площадку
Как после революции пригородные дворцы стали местом отдыха пролетариата и зачем музейные экспонаты продавали за рубеж
«Нужно помнить об этой страшной трагедии — и напоминать другим»: участники «Дня памяти блокады» — о чтении списков погибших в осажденном Ленинграде
Вы знали, что в Петербурге есть садик Маленького принца? 14 лет за ним ухаживает пенсионер Петр Петрович. Вот история создателя сада и его войны с соседями и коммунальщиками
Какие сказки рассказывали коренные народы Ленобласти — ингерманландские финны, водь и ижоры? Четыре текста — о злом змее, похищении Солнца и слоне в Выборге
Руандиец Валенс Манирагена — об образовании, частушках и том, как он переживает в Петербурге последствия гражданской войны на родине
«Не уверена, что мы все будем жить». Дневник школьницы из Ленинграда — о блокаде, любви и смерти отца
«Война — это прибыльное для меня дело». Истории россиян, которые мечтали попасть в частные военные компании. И попали
«Надо формировать общество сложных людей»: режиссер Алексей Герман — о Довлатове, цензуре в кино и Петербурге как городе молодых
Петербуржцы рассказывают, как они выжили в нацистских концлагерях. Освенцим, Найденбург и Брест
Как пытали и казнили с появления Руси и до Октябрьской революции. Конская моча, кол, уксус
Как Петроград жил в Гражданскую войну: уличные бои, сухой закон и кокаин. Рассказывает историк
Как петербуржец изменил мировую археологию, попал в тюрьму по делу о мужеложстве и вместе с коллегами создал Европейский университет. История 90-летнего ученого Льва Клейна
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Chrome или Mozilla Firefox Mozilla Firefox или Chrome.