Екатерина Баркалова

С 1 апреля начнут отправлять в армию — впервые с объявления круглогодичного призыва. Что делать, если пришла повестка? Можно ли обжаловать ограничения?
«Я не помню, каким был до веществ». Как подростки становятся «невидимыми» наркопотребителями. Вот четыре истории об этом 
Где слушать музыку без цензуры? И почему артисты теперь поют про «кекс», «компотики» и Роскомнадзор? Разбор «Бумаги» 
Откуда в квитанциях по 15–30 тысяч рублей за ЖКУ? Рассказываем, как растут счета в Петербурге (к концу года коммуналка будет вдвое больше, чем 10 лет назад)
На войне в Украине погибло не меньше 3500 жителей Петербурга и Ленобласти. Рассказываем, кем были эти люди
Открытки, рецепты и Кремль. Мы неделю сидели в мессенджере Мах — и теперь рассказываем, что там читают и кто там набрал миллион подписчиков
Срочников из Кронштадта судят за сдачу металлолома на 11 миллионов рублей. Они говорят, что делали это под угрозой отправки на фронт — и теперь им снова предлагают воевать
Вербовка на войну дошла до вузов Петербурга? Мы изучили агитацию и поговорили со студентами — рассказываем, что обещают учащимся и что они об этом думают 
Слышали про «Телегу» — копию телеграма, которая работает без VPN? Мы опробовали приложение — вот почему оно небезопасно и не вернет функций привычного мессенджера
Борец со «стоптаймом». Кто такой депутат Михаил Романов, который писал доносы на музыкантов и предлагал ограничить аборты в Петербурге 
Эпштейн и Факультет свободных искусств: как финансист, обвиненный в секс-торговле и растлении несовершеннолетних, связан со Смольным
Самый странный мем января — «самонадутие» и кинк на болоньевую одежду. Мы поговорили с петербургскими фанатами пуховиков, их производителями и сексологами
«Аналогов “Фогелю” не существует». В Петербурге выселяют популярный у активистов бар-лекторий. Почему это место важно? И как оно работало в последние годы?
«Прошу, чтобы ты мои письма не выбрасывала». У памятника Ахматовой нашли переписку солдата с девушкой Анной. Рассказываем о загадочном артефакте Фонтанного дома
Как петербургские врачи дежурят на Новый год. Они и принимают пьяных людей, и устраивают маленькие праздники для себя и для пациентов
Что смотреть на Новый год вместо Путина и «Голубого огонька»? В списке — ностальгический Ургант, новый концерт от антивоенных музыкантов, Шрек и Гагарин
Как отключения интернета мешают работе школ и больниц. Проблемы с навигацией скорых и «возврат в Средневековье» на уроках у одних, новые точки Wi-Fi и Max у других
Начать с нуля в 58 лет. Интервью Григория Куниса — он уехал из страны после дела о донатах ФБК и потери бизнеса, но не опускает руки 
Спальник в чистом поле. Репортаж из Новосаратовки — самого быстрорастущего района под Петербургом, который может обогнать Мурино
Как реагировать на толпу агрессивных подростков? И что делать родителям, если их ребенок сбегает на «сходки»? Отвечает психолог «Улицы Мира»
«Я взрослый смог постоять за себя маленького». Как расследование «Бумаги» о сексуальном насилии в 239 лицее повлияло на пострадавших, выпускников и саму школу
Владимир с белой собачкой Беллой «лают счастья» на Невском десять лет. Их зовут на корпоративы и собачьи похороны. А начинали они на шахте и в цирке
«Боже, какая прекрасная женщина». Как петербургский бурлеск выживает (и даже набирает популярность) во времена кризиса и растущей цензуры
«Чмок. Шлеп». Как в президентском лицее 239 ученики десятилетиями сталкивались с сексуальным насилием. Большое расследование «Бумаги»
К сожалению, мы не поддерживаем Internet Explorer. Читайте наши материалы с помощью других браузеров, например, Chrome или Mozilla Firefox Mozilla Firefox или Chrome.