«“Хрюша” очень неповоротливая, поэтому костюмы у нас плотные — чтобы избежать травм»

Вчера во время очередного рейда движения «Хрюши против» началась драка между активистами и работниками магазина на Ижорской улице, 13. Разнимать их приехала полиция. Теперь в деле будет разбираться прокуратура. Одна из «Хрюш» Дарья Желонова, которая после вчерашнего происшествия оказалась в больнице, рассказала «Бумаге», почему на просьбу убрать просроченные товары сотрудники магазина вызывают полицию и как костюмы свиней защищают от побоев. — Расскажите про вчерашнюю драку. Как произошло, что вас начали бить? — Когда мы переоделись и пришли в магазин, там сказали: «О, хрюши пришли, закрывайте дверь!». Магазин перестал работать, покупателей там не было, но мы все равно пошли собирать просрочку с полок, которой там было очень много. За десять минут или даже меньше просроченных продуктов набралось несколько тележек. Естественно, мы позвали администратора — он к нам не вышел, но зато сразу началась агрессия со стороны работников магазина: они начали на нас нападать, выкручивать руки, отнимать просроченный салат, вырывать чек. Приехала полиция, которую вызвала директор магазина, сославшись на то, что мы хулиганим.

«Продавцы знают, что у них полный магазин “хрюш” и пока они не сделают то, что мы просим, мы просто не уйдем»

Администратор начала кричать, бегать из стороны в сторону, бросилась на камеру, которую, естественно, сломала. Тут и началась потасовка. Я стала снимать все на телефон, но его у меня вырвали работники магазина, стали друг другу передавать, говорили, что его надо разбить или спрятать в подсобку. Потом его взял сотрудник полиции в штатском и сказал, что вернет только в отделении. — То есть полиция считала виновными скорее вас, чем хозяев магазина? — Работники полиции вначале спокойно реагировали на ситуацию, но потом стали активно разнимать. Сначала мы встретили агрессию с их стороны, но потом резко, как по щелчку, все изменилось и к нам стали относиться хорошо. Не знаю, почему так произошло. После отделения мы сразу поехали на снятие побоев. А вечером мне стало очень плохо и меня отвезли в больницу. Мне сделали томографию мозга, зафиксировали ушибы. К утру меня отпустили. — Вас часто задерживают во время таких рейдов? — Рейды у нас практически каждый день или через день, но такие случаи — вопиющие. Я не понимаю, почему за время существования организации в Петербурге работники магазина еще не поняли, что мы приходим не драться, а просить списать просроченные продукты. Указываем на то, что люди нарушают закон и этого делать нельзя. В основном сотрудники магазинов понимают, что мы спокойно сами уйдем, редко, конечно, бывает, что вызывают полицию, но это тоже ничем страшным не заканчивается.

«Администратор начала кричать, бегать из стороны в сторону, бросилась на камеру, которую, естественно, сломала. Тут и началась потасовка»

— Почему вы вообще этим занимаетесь? — Однажды я банально отравилась йогуртом, который купила в супермаркете возле университета. Первый раз увидела «Хрюш» на Селигере, а потом узнала, что организация есть и в моем городе. Когда я переехала в Петербург, продолжила этим заниматься, потому что здесь ситуация с просроченными продуктами, конечно, ужасная. — Для вас важно то, что «Хрюши против» — проект движения «Наши»? — Для меня это не имеет никакого значения. Я вообще не понимаю, почему многие считают, что «Хрюши» имеют прямое отношение к движению «Наши», хотя я не вижу в нем ничего плохого. Мы просто волонтеры и занимаемся тем, чем считаем нужным, — связаны эти движения или не связаны. Да, мы ездим на Селигер, есть какие-то общие друзья, но не более.

Фото: Роман Яндолин

— Кто участвует в движении «хрюш»? Люди приходят разные. Кто-то когда-то отравился, кто-то работал грузчиком или упаковщиком в одном из магазинов, кто-то просто пришел побороться за добро и ему это интересно. — А зачем нужны костюмы, ведь без них на вас, наверное, не реагировали так агрессивно? — Если человек приходит в магазин и просто просит списать просроченные продукты, то хорошо, если хотя бы вернут деньги. Обычно доходит до того, что людей откровенно посылают и, конечно, нет никакой речи об изменениях. Зато когда я прихожу с несколькими «хрюшами» в магазин и нас много, костюмы привлекают внимание, продавцы знают, что у них полный магазин «хрюш» и пока они не сделают то, что мы просим, мы просто не уйдем. — Но ведь это более рискованно, потому что вас, как вчера, могут побить. Да, бывает и так. Тем более, «хрюша» очень неповоротливая, но поэтому костюмы у нас довольно плотные — чтобы избежать сильных травм. Там достаточно много синтепона, поролона, и какие-то места они защищают от ударов и ушибов. — С «Народным» вам удалось добиться того, что вы хотели? Магазин все еще продолжает работать. Еще осенью было разбирательство по этому делу. Наша задача состояла в том, чтобы привлечь внимание: проводилась масса проверок, делом стали заниматься контролирующие органы. По решению суда, в «Народном» должны были исправить все недочеты. Вообще, с прокуратурой мы взаимодействуем только в тех случаях, когда нас бьют. Они сами нам звонят и спрашивают. Сегодня, например, меня вызывали туда для дачи объяснений — первый раз такое было после «Народного».