Алексей Бессонов — таксист из Петербурга. В пути он исполняет пассажирам (или даже вместе с ними) песни Меладзе, «Руки Вверх» и Алсу. А однажды даже спел дуэтом с Денисом Клявером из «Чай вдвоем».
Видео с реакциями Алексей с согласия пассажиров публикует в своем инстаграме. За поющим таксистом наблюдают больше 10 тысяч человек.
«Бумага» поговорила с Алексеем о любви к пению и мечте стать артистом, репертуаре, реакции пассажиров и близких.
Про идею и вкусы пассажиров
— Как появился «Поющий таксист»?
— Я всегда очень любил петь, хотя многие мне говорили, что у меня нет ни слуха, ни голоса. Однажды, когда я работал таксистом в Архангельске, ко мне в машину сели слегка выпившие девушки. Они сказали: «Включай музыку, мы хотим еще танцевать». Я включил минус песни «А он тебя целует» группы «Руки вверх» и начал петь. Пассажирки стали подпевать, а потом такие: «Стоп, это ты поешь?» Я такой: «Ну да». С этого момента начался проект «Поющий таксист».
— Как реагировали пассажиры?
— Люди, живущие в Архангельске, угрюмые и суровые, они очень долго ко мне привыкали. Для них я был чем-то неестественным. С какого перепугу таксист поет? Наверное, он под мухой. Доходило даже до того, что одна женщина попросила остановить машину, сказав: «Вы же пьяны!»
Другие люди говорили: «А почему вы поете? Разве это нормально? Вы идиот?» или «Пожалуйста, не пойте, вы же по-любому из-за чаевых это делаете». Я спрашивал: «Почему вы так думаете?» А мне отвечали: «А зачем вы тогда поете?» Мне приходилось объяснять, что я это делаю, чтобы поднять пассажирам настроение. Кстати, очень обидно, что даже в Петербурге думают, что таким образом я хочу заработать дополнительные деньги.
— А бывало такое, что вас просили прекратить петь?
— Да, иногда даже агрессивно. Однажды ко мне села пара. Смотрю, девушка заулыбалась, когда я начал петь. Ее молодой человек посмотрел на нее, потом на меня — и говорит: «Слышь, чувак, вот тебе пятихатка. Заткнись, пожалуйста, а то моя девушка начинает куда-то плыть». Самое интересное, что у этой истории есть продолжение. Где-то через месяца три ко мне садится тот же парнишка, но уже один — и говорит: «О, это же ты поешь! На тебе пятихатку, давай что-нибудь споем. Ни фига ты интересный. Я надеюсь, ты не обиделся? Просто мы тогда с женой поссорились, а ты как запел…»
А иногда бывает, что мне говорят: «Братан, твой голос ужасен, хватит!» Меня, конечно, это обижает, но я извиняюсь и больше для этого пассажира не пою.
— Какие песни вы поете в такси?
— Я ребенок 90-х, вырос на «Руки вверх», «Турбомода», «Чай вдвоем» и тому подобное. Как ни странно, эта музыка берет практически всех. Есть, конечно, те, кто любит тяжелый рок. Я его не понимаю, и если пою, то лирический рок.
— А если пассажиру не нравится ваш репертуар?
— Мне несколько раз говорили, например: «Чувак, блин, поёшь прикольно, но это не мой формат» или «А есть что-нибудь из другого репертуара?». Тогда мы пытаемся найти консенсус. Если совсем ничего не подходит, я предлагаю пассажиру спеть самому, потому что сейчас у меня есть микрофон, микшер и другое оборудование. Многие удивляются: «А что, так можно?»
— Вы тоже поете в микрофон? Пассажиры высказывали опасения, что это небезопасно?
— Да, когда у меня появился микрофон, пассажиры начали переживать. Я объясняю, что прекрасно понимаю их опасения, но не о чем волноваться. Прежде чем начать петь в микрофон, я ездил один, пел в него и привыкал к нему, проверял себя на стрессоустойчивость, на потенциально опасные моменты. Конечно, бывают дорожные ситуации, когда приходится откладывать микрофон и быть особенно внимательным. К тому же в моей машине автоматическая коробка передач, а не механика, что значительно упрощает вождение.
Я бы очень хотел микрофон, который надевается на голову. Это позволило бы освободить две руки. Но это дорогое удовольствие, которое пока я не могу себе позволить.
Про Петербург и знаменитостей
— А как вы стали таксистом?
— Я родился в Архангельской области, в маленьком городе Онега. В 18 лет отправился служить в Петербург. После армии какое-то время работал на петербургской стройке, а потом поехал в Архангельск, где поработал в разных профессиях — от сварщика до продавца-консультанта. Но в итоге стал таксистом.
— Почему вы переехали в Петербург?
— В какой-то момент я понял, что меня уже знают 50–60 % жителей Архангельска. И возник вопрос: что делать дальше? Либо закрывать проект, либо придумать что-то еще. Мне очень хотелось, чтобы обо мне заговорили, стать публичной личностью с галочкой в соцсетях, чтобы мое мнение учитывалось и я мог помогать другим людям. Так я завел инстаграм и стал строить планы о переезде в Петербург.
— Для вас пение в такси — это способ продвигать свой инстаграм? Или наоборот, вы продвигаете инстаграм, чтобы продолжать петь в такси?
— Таксисты не много зарабатывают, поэтому я продвигал инстаграм, который приносил какие-то деньги. После блокировки мои охваты сильно упали. Да и сами рекламодатели теперь неохотно заказывают что-то через эту соцсеть. Всё это ударило по моему кошельку, поэтому пока я продолжаю проект на голом энтузиазме.
Инстаграм был нужен еще для того, чтобы меня увидело как можно больше людей и, возможно, центральные каналы. Мне хочется стать профессиональным артистом: чтобы я продолжил таксовать, но не думал о заработке именно на этом, а мог дарить радость, устраивать какие-то конкурсы и розыгрыши для пассажиров. Как бы это глупо ни звучало, я люблю свою работу.
Если сильно прижмет, я буду вынужден закрыть проект и искать другой заработок. Пока мне остается надеяться, что рано или поздно меня кто-то заметит и «Поющий таксист» начнет приносить деньги.
— У вас уже был один звездный дуэт. Как это произошло?
— Я фанат группы «Чай вдвоем». Во время пандемии, еще в Архангельске, я зашел в инстаграм Дениса Клявера и увидел, что он заболел коронавирусом. Я написал ему сообщение: «Денис, поправляйся!..» Написал, что мы тоже сидим на карантине, у меня тогда жена болела. Смотрю, он прочитал, а где-то через день ответил голосовым сообщением. Он пожелал здоровья моей супруге, и с этого момента мы начали переписываться.
Тогда я уже понимал, что хочу попробовать свои силы в Петербурге, что мне надо развиваться, поэтому я спросил Дениса, будет ли у него возможность встретиться. Он ответил. Два раза у нас всё срывалось, на третий раз мы увиделись. Правда, успели только пожать друг другу руки. Потом он уже сам мне написал. Я встретил его после съемок и, пока вез его в аэропорт, мы вместе спели и пообщались.
Ту песню, которую мы выбрали, я знал плохо, но Денис меня подбадривал. Для меня было удивительно, что он оказался очень контактным человеком без пафоса и звездной эйфории.
Про поддержку и критику
— Как ваши близкие относятся к вашему проекту?
— Я пел с детства: приезжая к бабушке на дачу, ходил по проселочным дорогам и пел песни. Уже в то время родители говорили, что это не мое, что я мужик и не думаю о будущем, мне бы лишь пляски да пение, поэтому ничего хорошего из меня не выйдет.
Всё это меня очень обижало и убивало желание петь, но я всё равно продолжал: пел тайком, занимался этим самостоятельно, без родительского участия и музыкальной школы.
— Со временем у них поменялось отношение?
— Честно говоря, им всё равно. Для них я ничего не добился. Так и остался дурачком, который поет и ничего не добивается в жизни. Очень тяжело продолжать заниматься тем, что любишь, когда самые родные не то что не поддерживают, а просто тебя гнобят.
— Наверняка есть человек, который поддерживает вас?
— Да, это мои близкие друзья, которые говорят: «Леха, занимайся тем, что тебе нравится, не смотри ни на кого».
Еще, конечно, мои пассажиры и подписчики. Да, у меня было очень много мыслей сорваться, плюнуть, потому что в меня не верят. При этом я замечал, что как только я решал всё оставить, в моей жизни появлялся человек, который поднимал меня с колен. Например, один раз ко мне сел пассажир, у которого был инстаграм с 400 тысячами подписчиков, он меня бесплатно прорекламировал. У меня было 5,5 тысячи подписчиков, а после этого на меня подписалось 7 тысяч человек. Это дало мне большой стимул.
— Вы снимаете свое пение в такси на видео. Ваши пассажиры не против публичности?
— Я всегда спрашивал, не против ли они видео. Потом некоторые люди, которые сначала дали согласие, начали переобуваться, когда я уже смонтировал ролик. Ребята, блин, ну нафига так делать? После этого я начал спрашивать согласие прямо на видео или пишу бумажный вариант для подписи. Предварительно стараюсь показывать видео его героям, интересуюсь, одобряют они его или нет.
— Как к вашему проекту относятся в «Яндексе» и «Ситимобиле»?
— И в «Яндексе», и в «Ситимобиле» про меня знают и, как мне кажется, реагируют вполне положительно.
— Вы планируете продолжать проект?
— Я понял, что у меня один смысл: мой сын, которому в мае будет 8 лет. А мне уже 35 лет. Если я не добьюсь успеха сейчас, потом буду кусать локти. Я готов потратить на свой проект еще года два. Сейчас я совсем не понимаю, как развивать соцсети, потому что очень много неопределенностей.
Несмотря на полное безумие, которое сейчас творится, нужно заниматься тем, что ты хорошо умеешь. Однажды я вез одну женщину, она сказала: «У меня дедушка был в военном оркестре. И даже во время войны они ездили с концертами и поднимали боевой дух. Так что ты молодец, что так делаешь. Что бы ни случилось, ты поднимаешь людям настроение».
Получайте главные новости дня — и историю, дарящую надежду 🌊
Подпишитесь на вечернюю рассылку «Бумаги»
подписатьсяЧто еще почитать:
- История уличного музыканта Федора Григорьева и его бутылофона — самодельного инструмента из десятка стеклянных бутылок. Вы наверняка видели его у метро или в парке.
- «За пять лет я вырастил больше 200 деревьев». Петербуржец рассказывает, как живет с домашним лесом на подоконниках и зачем озеленяет город растениями со всего мира.