Активист движения «Охтинская дуга» Татьяна Красавина, после того как обнаружила, что в подвале ее дома живут мигранты, проверила и другие подвалы Малой Охты. Помещения оказались приспособленными для жизни: спальные места, плитка, чайники. По словам градозащитницы, она обращалась и в администрацию, и в прокуратуру, но подвалы так и не расселили.
Татьяна Красавина рассказала «Бумаге», как она стала бороться с нелегальными «общежитиями», кому они выгодны и что можно найти в подвале своего дома.
— Я столкнулась с этой проблемой лично. В течение двух зим в моем доме были устроены такие перевалочные пункты — c местами, где спать, со стеллажами для барахла. Там жили и беременные женщины.
— Когда мы вызвали участковых, они пришли через три часа — за это время все из подвала убежали. Полиция не зафиксировала наши требования. Представляете, я стою перед черным подвалом, откуда только что выбежали трое не говорящих по-русски людей, оттолкнув меня. Приезжает полиция в броне и с автоматами и говорит: «А что вы нас вызвали? Здесь никого нет». Но в подвале стоит унитаз, горячий чайник, плитка. В одном из домов мы, вообще, нашли пистолет, черный чулок и нож, воткнутый в дверь.
— Они воруют наше электричество, горячую и холодную воду, занимаются криминалом. Один дом дождался того, что у них клопы развелись. В этом году завязалась схема расходов всех видов коммунальных услуг на общедомовые нужды. А это 750 рублей в месяц. Получается, у меня в доме живут люди за счет моих доходов. Жилкомсервис же ничего не делает — дом валится на глазах.
— После того как я написала в районную администрацию, у нас стали проходить проверки. Но ходят те же люди, которые все это организовали, — работники жилкомсервиса. У нас все подвалы на Малой Охте заперты под один ключ. Такие ключи есть у всех дворников — они ими могут открыть все подвалы и все чердаки и отдать своим знакомым.
— В результате наших действий появилась горячая линия городской прокуратуры, которая рухнула в первые же два часа, потому что было столько звонков. У нас перекрыты все формальные каналы обращения — наши заявления в полицию и прокуратуру закончились ничем. Муниципальное образование «Малая Охта» каждый год вышвыривает полмиллиона якобы на дружинников, которые никуда не ходят и ничего не смотрят.
— Прокуратура сказала, что проблему без подвижек законодательства не решить — вплоть до введения визового режима. Но я обыватель и не хочу бегать за законодателями и придумывать инициативы. Граждане не обязаны писать законы, но они могут потребовать это от депутатов.
— Сейчас меня беспокоят закрытые на замок подвалы. Это общее имущество собственников дома, но они не могут добиться ответа на вопрос, кто и что там хранит. По их представлениям, там живет очередной таджикский табор. Иногда туда подъезжают люди в приличной одежде на приличных машинах — что они туда привозят и что забирают, никто не знает. В ГУ МЧС ответили, что у них нет законных оснований эти подвалы вскрыть, полиция тоже сказала, что это не их дело.
Вчера Татьяна Красавина направила обращения в Законодательное собрание, а также губернатору Петербурга с просьбой разобраться с заселенными подвалами.
